О соотношении этимологии и реконструкции текста - Научные исследования и инновации в Хабаровском крае
[4]
На главнуюКарта сайтаНаписать письмо
СтатьиОбщее языкознание > О соотношении этимологии и реконструкции текста

О соотношении этимологии и реконструкции текста

Надежность этимологии в существенной степени зависит от длины исторически отождествляемых последовательностей. В случае, если отождествляются в родственных языках только корневые морфемы, вероятность этимологии относительно мала (в особенности при наличии неоднозначных фонетических соответствий, допускающих выбор из многих возможностей) и уменьшается с длиной корневой морфемы (уже поэтому вызывают сомнения попытки глубинной реконструкции однофонемных корней в таких языках, как праиндоевропейский, ср. детальное обсуждение этой проблемы в материалах состоявшегося V Международного конгресса лингвистов [1], хотя одновременно с этими материалами и вскоре после них появились чрезвычайно смелые и бездоказательные попытки выделить аффиксы в пределах реконструируемых корней [2]). При большей длине корня (как в ностратических реконструкциях В. М. Иллич-Свитыча и северо-кавказских С. А. Старостина) надежность сопоставлений возрастает (в особенности при наличии уникальных звуковых соответствий, позволяющих отождествить фонемы при достаточно большом их наборе). Но наиболее достоверными (как в классической индоевропеистике после младограмматиков) следует считать соответствия, простирающиеся на целое слово. В этом состоит особая ценность реконструкций целых словоформ, последовательно проводимая в новейших этимологических словарях праславянского (а ранее - в индо-арийском словаре Тернера и некоторых других аналогичных изданиях). Для индоевропейского соответствующие материалы накоплены в отдельных словарных статьях словарей и этимологических работах, но не суммированы систематически. Особый интерес представляло бы составление собраний словоформ для каждой группы диалектов: в этом духе можно было бы истолковать уже балто-славянский словарь Траутмана и исследование общей балто-славяно-германской лексики Стангом. Современные успехи в области восстановления целых фрагментов мифопоэтических текстов (в особенности для индо-ирано-греческого) в соединении с семиотическими исследованиями древних текстов (в свою очередь соприкасающихся с лингвистикой текста) позволяют говорить о возможности создания для отдельных групп диалектов и таких словарей, где систематически отождествляются сочетания из двух и более словоформ, что делает этимологию каждой из них бесспорной и вместе с тем представляет существенный шаг вперед в изучении семантики и реалий. Сходная задача для общеиндоевропейского облегчается тем, что во многих случаях древние сочетания слов позднее превращаются в одно слово - сложное или содержащее элемент, позднее грамматикализованный, но ранее бывший самостоятельным словом (как превербы). Задача восстановления целых общеиндоевропейских сочетаний может быть поставлена в отношении определенных функциональных жанров мифопоэтических и ритуальных текстов: юридических, сакральных и т. п. Ограничимся выборочными примерами. По-видимому, сохранившиеся в каждой отдельной древней индоевропейской традиции архаические тексты дают достаточное основание для восстановления не только распределенной до диалектам лексики, обозначающей колесо и колесницу (чему в последние годы посвящено несколько специальных работ), но и целых словосочетаний, относящихся к коневодству, состязаниям в езде на колесницах и другим особенностям подготовки к длительным конным походам на колесницах, которые определяли жизнь носителей отдельных диалектов во II тыс. до н. э. Целесообразно взять в качестве одного из отправных руководство по коневодству митаннийца Киккули в котором наряду с собственно коневодческими предписаниями содержатся инструкции о том, как переводить митаннийские арийские в хурритские коневодческие термины. На их перевод (хет. tarkumiyawar) согласно предписаниям отводятся целые дни: I. NА UD 35KAM -m[a… nam-m]а tar-kum-mi-уа-u-аr [3] 'на 35-й же день… опять перевод'. Вопреки ошибочно высказывавшимся взглядам, подвергнутым уже основательной критике, это бесспорно свидетельствует о живучести арийской коневодческой языковой практики в момент составления текста Киккули во 2-й половине II тыс. до н. э. Составитель текста, как и автор другого коневодческого трактата, носит титул LUа-аsh-shu-ush-shа-аn-ni, где хурритский суффигированный артикль -nni присоединен к основе аshshushsha(n)-. Наиболее естественным объяснением этого митаннийского арийского слова представляется его сближение с др.-инд. asvasa-rathya- 'искусство тренировки коней и езды на колесницах'. В этом последнем санскритском сложном слове отражено то же самое значение asvasa 'тренировка коней', которое было у митан. ар. ah-shu-shsha-(nni) 'инструктор по тренировке коней', ср. аккад. ассир. (amel)susanu, вавил. shushanu с тем же специальным и вместе с тем более общим значением 'специалист по обращению с животными (лошадьми, быками, обезьянами и т. п.)', ср. сир. shushana 'indus qui elephantum regit' [4]. Предлагаемое отождествление позволяет вернуться к сравнению митаннийского арийского слова с вед. asva-san- 'добывающий, выигрывающий коней', предложенному Педерсеном [5], но поставленному под сомнение из-за спорности смыслового отождествления [6]. Но значение чаще лучше видно из специальных санскритских текстов, как в данном случае. В ведийском же конверсное значение глагола san- 'дарить-добывать' постоянно вызывало недоумение у комментаторов [7]. Глагол нередко употребляется именно по отношению к коням: gam аsvam sanuyam (Rgveda X, 119, 2) 'я хотел бы добыть быка и коня'. Сложные слова asva-san- и pacu-san- должны сохранять след этого употребления и переводиться как 'добывающий-дарящий коней (скот)'. О древности этого исходного значения говорит и хет. shanh- 'требовать, жаждать, стремиться', др.-арм. owner 'имеет, обладает'. Но первое из словосложений было эпитетом Сомы и могло связываться с искусством езды на колесницах, поэтому обычный его перевод условен и может быть уточнен в свете предлагаемой этимологии: 'объезжающий коней, превращающий коней в отличных, добывающий (людям) коней'. В тех же местах "Ригведы", где содержатся комбинации слов типа asvam sanuyam, встречается и сочетание ratham asva 'колесо лошади (вверх понесли)' (X, 119, 3), т. е. засвидетельствованы все три составные части др.-инд. asva-sa-rath-ya-. В греческо-индо-иранском на первый член может быть перенесено значение целого, как в месопотамской и хеттской клинописи (семантическое тождество 'конь' = 'колесница'). На общеиндоевропейский характер сочетания *ekwo-rotHo- указывает точное соответствие в других языках. О древнеирландской колеснице в повторяющемся в сагах и других текстах стандартном описании, вообще весьма сходном с древнеиндийскими и древнеиранскими и потому продолжающем ту же традицию, говорится, что она движима ar da n-echaib 'двумя конями'. Другие диалектные варианты названий коня, быка и колесницы, а также разные глаголы того же семантического доля, что *sonH-, могли сочетаться с указанными или заменять их, но сохранялась общая смысловая структура текста и некоторые из слов этого семантического поля. Из митаннийских арийских терминов, переведенных в книге Киккули, особое внимание следует обратить na-wartanna (nawa-wartanna) 'девять поворотов (на стадионе)', которое, как указал Р. Хаушильд [8], внесший особый (и до сих пор недооцененный) вклад в изучение этой проблемы, имеет точное смысловое соответствие в авест. navafraOweresam 'состоящий из девяти поворотов' (о стадионе) и в иранской практике объезжания коней, сохраняющейся в соответствующей осетинской терминологии (от *wert-). От того же корня *wert-, как уже приходилось писать, сходные наименования единиц измерения пространства (о.-слав. *vьrsta < *vrt-toH) или времени (*verme, < *vert-men) засвидетельствованы во многих диалектах. Рассматриваемый относительно узкий контекст употреблений имеет гораздо более широкие метафорические продолжения (так, термин *weghno- относится не только к стадиону, но и к пути звезд в индоиранском, не только к повозке, но и к созвездию в древнегерманском и т. п.). Один из ведийских гимнов, важных для истолкования метафор, связанных с колесом, посвящен богу Солнца Сурье (I, 50); в нем одновременно развернуты две общеиндоевропейские метафоры, о которых говорит согласие языков, мифопоэтических текстов и памятников материальной культуры. Солнце одновременно и колесница, и глаз. На таких сложных кеннингах строится структура текстов индо-ирано-греческо-армянской поэтической традиции, с одной стороны, западноиндоевропейских (древнеирландской, древнеисландской и отчасти других древнегерманских) древних текстов, с другой. Поэтому кажется вероятным, что образы этого типа, языковая реализация которых осуществляется посредством этимологически отождествимых сочетаний слов, должны быть возведены к общеиндоевропейскому вместе с текстами, их кодирующими. Можно было бы описать целые группы индоевропейских ритуалов, для каждой из которых возможно восстановление текста со словами, этимологически тождественными в разных индоевропейских языках. В хеттском ритуале царского погребения оборот -kan hashtai dai- 'кости положить (в …)' совпадает с лат. ossa con-dere (terra) 'спрятать (похоронить) кости (в земле)' (Виргилий, Энеида, V, 48), причем особенно показательно совпадение хеттского сочетатания глагола с видовой частицей и латинского приставочного глагола. Исходное… *kom *Hosth(i) *dheH- с тем же значением с надежностью возводиться к общеиндоевропейскому описанию погребального ритуала. Сказанное можно проиллюстрировать и на некоторых примерах за пределами индоевропейской семьи. Классич. тибет, kha.lchags.kyi.mchu 'железный клюв' (буквально kha 'рот' + lchags 'железо') как мифологическое название ворона, обитающего в аду [9], отождествимо с кетск. кыл' ан, ек, оодырок, 'ворон с горячим железом во рту летит' (загадка с отгадкой ат'эп 'клещи', записанная в стандартном виде от разных информантов Ю. А. Крейновичем и нашей экспедицией в 1962 г.). Отождествление кетск. -к,о : тибет. kha 'рот' (шумерск. kа 'рот') делает вероятной древность словосложения (возможно, восходящего либо к периоду возникновения ковки или плавки железа либо к еще более древним представлениям, связанным с метеоритным железом). При сравнении терминологии хаттского мифа о луне, упавшей с неба, с родственными северокавказскими словами удается не только восстановить словарь исходного мифопоэтического текста, но и предложить именно на основании этимологического отождествления глаголов и относящихся к ним существительных интерпретацию всего текста как мифологического описания лунного затмения [10], ср. в особенности показательное хатт. Kashka 'бог Луны', отождествляемое с хурр. Kuzhug- (с тем же значением) и енис. *(A)suj 'луна' [11]. Каждый новый реконструируемый текст служит подспорьем и для этимологии, и для восстановления культуры носителей праязыка соответствующей семьи.

Информационные партнеры

Тихоокеанский государственный университетМинистерство образования и науки Хабаровского краяХабаровский краевой центр новых информационных технологий ТОГУХабаровская краевая образовательная информационная сетьРегиональная база информационных ресурсов для сферы образованияХабаровский краевой образовательный портал «Пайдейя»Хабаровский краевой центр информационных технологий и телекоммуникацийInternational Conference on Nuclear Theory in the Supercomputing EraПортал Хабаровска - Реклама в Хабаровске Первая социальная сеть дачников
Создание сайта в Seogram
Каталог сайтов Всего.RU Каталог сайтов OpenLinks.RU